В апреле 1979 г. в Свердловске (нынешнем Екатеринбурге), случились события, которые не будут забыть людьми никогда.

В начале апреля ничего не подозревавшие жители южной части города попали в облако биологического оружия и возникшая в результате эпидемии вспышка скоротечных смертей погубила множество людей. Вылетело облако из секретного микробиологического центра Министерства обороны Советского Союза - военного городка под названием Свердловск-19.

События, известные как "эпидемия сибирской язвы в Свердловске в 1979 году", не были просто трагедией. Это была крупнейшая биологическая катастрофа века, сопровождавшаяся множеством прямых и отложенных последствий.

Она же была прямым доказательством готовности Советского Союза к масштабной биологической войне.

В ночь на 2 апреля 1979 г. из подземной штольни, которая соединяет военные городки N 19 и N 32, вырвалось облако биологического оружия, накрывшее южную часть Свердловска. Разные источники называют и вечер 1 апреля, и ночь, и утро 2 апреля. Наиболее корректна версия о том, что выброс случился ранним утром - именно утром в понедельник 2 апреля с 7 до 8 часов дул северный ветер. Облако смертоносного аэрозоля направилось на юг и юго-восток от военного городка N 19 в Чкаловском районе города. Под него попали часть военного городка N 32, жилой массив "Вторчермет", поселок керамического завода, частные дома, множество учреждений, многочисленные детские сады и школы, несколько колоний для заключенных. Поскольку территория военно-биологического центра Свердловск-19 в зону поражения не попала, его обитатели наблюдали за происходящим со стороны. Первыми кандидатами на поражение от патогенного облака были все, кто в то раннее утро оказались на улицах - работники ранних смен заводов, дети, спешившие в детские сады и школы, заключенные, военнослужащие городка N 32 (Симферопольская и Уральская дивизии).

Днем 2 апреля офицеры городка N 32 переведены на казарменное положение. 3 или 4 апреля в Свердловск прибыл начальник 15-го главного управления Генерального штаба ВС СССР генерал- полковник Е.И.Смирнов (подготовка к наступательной биологической войне).

3-4 апреля все работники военного городка N 19 прошли поголовную диспансеризацию и вакцинацию.

Днем 4 апреля в Свердловск прилетели два специалиста из Москвы - замминистра здравоохранения, главный государственный санитарный врач СССР генерал П.Н.Бургасов, а также главный инфекционист Минздрава СССР В.Н.Никифоров. Они были командированы министром здравоохранения Б.В.Петровским для борьбы с эпидемией, о которой еще не знали лечащие врачи города. П.Н.Бургасов пробыл до 14 мая, В.Н.Никифоров - до конца эпидемии.

Днем и вечером 4 апреля 1979 г. появились первые больные и умершие гражданские лица, прежде всего среди рабочих керамического завода. Они закончили свою жизнь в морге 20-й больницы с диагнозом "пневмония".

Начиная с 5 апреля 1979 г., в течение трех недель в районе катастрофы умирало ежесуточно по 5 и более гражданских жителей города. Они прошли через морги 24-й, 20-й, 40-й и других больниц. Снижение смертности приходится лишь на третью декаду апреля.

5 апреля 1979 г. "Голос Америки" сообщил о разработках биологического оружия в СССР и о выбросе штамма сибирской язвы (Bacillus anthracis) в Свердловске, вызвавшем многочисленные случаи смерти.

10 апреля 1979 г. выполнено первое вскрытие трупа в городской больнице N 40.

10 апреля 1979 г. диагноз "кожная форма сибирская язвы" получил официальный статус среди медицинских кругов города.

12 апреля 1979 г. в 40-й городской больнице был выделен корпус для организации спецотделения на 500 коек - таково максимальное число больных, которые ожидались в пик эпидемии.

13 апреля 1979 г. в газетах Свердловска появились скромные публикации с предостережением жителей против заражения кожной формой "сибирской язвы" в связи с потреблением мяса павших животных.

С 13 апреля 1979 г. похороны приобрели организованный характер и были сосредоточены в 15-м секторе Восточного кладбища. В число первых похороненных: Ф.Д.Николаев (офицер Свердловска-19, родился в 1912 году, умер 9 апреля), И.Я.Ретнев (прапорщик военного городка N 32, родился в 1938 году, умер 9 апреля), Д.Е.Виноградов (керамический завод, родился в 1927 году, умер 9 апреля), М.Ф.Марков (керамический завод, родился в 1932 г., умер 9 апреля), С.В.Захаров (керамический завод, родился в 1934 г., умер 9 апреля), Иванов В.Д. (мясокомбинат, родился в 1930 году, умер 10 апреля), Ф.З.Даянов (родился в 1936 г., умер 10 апреля)...

21 апреля 1979 г. начались сплошная вакцинация гражданского населения и обеззараживание территории Чкаловского района Свердловска, после чего возникла вторая волна смертности гражданских лиц.

12 июня 1979 г. - смерть последнего погибшего в районе эпидемии.

В мае 1980 г. советский научный журнал сообщил об отдельных случаях заболеваний "сибирской язвой" в Свердловске в 1979 г.

В августе-ноябре 1990 г. в советскую общедоступную печать попали первые данные о реальном источнике смертоносного облака - военном городке Свердловск-19.

4 апреля 1992 г. подписан закон РФ "Об улучшении пенсионного обеспечения семей граждан, умерших вследствие заболевания сибирской язвой в городе Свердловске в 1979 г.

Начало болезни было обычным: температура, сухой кашель, озноб, головокружение, головная боль, тошнота, слабость, боли в груди, плохой аппетит, в конце - рвота с кровью. У многих пострадавших трупные пятна развивались еще до кончины, медперсонал наблюдал эти пятна, разговаривая с живыми людьми.

Течение болезни было "ураганным", а смерть наступала в различных местах - и на улице, и дома, и в очереди на прием к врачу.

У одних заболевших от начала болезни до летального исхода проходили 2-3 дня, что характерны для легочной формы сибирской язвы. При их вскрытии обнаруживалось кровоизлияние в легкие и головной мозг - картина известной инфекционистам "шапки Мономаха" (почернение тканей от лопнувших кровеносных сосудов).

У других заболевших болезнь продолжалась 3-4 дня, а кровоизлияние было тотальным: поражались все внутренние органы, включая конечности. Этот ход болезни более характерен для заболеваний, вызываемых вирусами Марбурга или Эбола.

Диагноз "кожная форма сибирская язвы" стал официальным в медицинских кругах города 10 апреля и был положен в основу лечения госпитализированных, болезнь скрывали под названием "сепсис 002" (или "022"). Однако, первая "профилактическая" публикация в газетах появилась лишь на 11-й день после начала эпидемии, когда погибло уже несколько десятков человек. Жителям было рекомендовано соблюдать осторожность с рыночным мясом ослабленных по весне животных и беречь себя от заражения "сибирской язвой".

Несмотря на многочисленные смерти и официальный статус диагноза "сибирская язва", его не вписывали в свидетельства о смерти гражданских лиц, которые погибли, по официальным сообщениям, от этой болезни. Стандартные записи были иными - ОРЗ, пневмония, бактериальная пневмония, отравление неизвестным ядом, сепсис, инфаркт и другие.

Подмена диагнозов происходила и в Свердловске-19. Офицера отдела материально-технического обеспечения Ф.Д.Николаева, погибшего первым, похоронили с диагнозом "пневмония". В те дни жителей поражала необычность ситуации: мясом питалась целые семьи, а погибали в основном отцы семейств. Кроме того, никто из родных у лиц, погибших в те дни, так и не увидел на телах карбункулов, характерных для кожной формы сибирской язвы.

Впоследствии высокопоставленные советские эпидемиологи писали: "Из мяса, взятого на исследование в двух семьях, где имелись больные, был выделен возбудитель сибирской язвы. В обоих случаях мясо было куплено у частных лиц. Штаммы возбудителя сибирской язвы, выделенные из мяса, не имели отличий от штаммов, выделенных от больных людей".

Это неправда. Поиск возбудителя сибирской язвы - стандартная процедура, однако областная ветлаборатория не нашла возбудитель там, где было рекомендовано - в мясе, конфискованном у жителей. На самом деле, палочка сибирской язвы была найдена на лестничных перилах и в жилищах людей, на дорожном покрытии, в траве и т.д.. Однако, население не было извещено о том, что палочку сибирской язвы не нашли в мясе животных, их продолжали убеждать в кожной форме болезни. Впоследствии КГБ подготовил официальный список из 96 человек, которые считались заболевшими сибирской язвой в период между 4 апреля и 18 мая. Этот документ был создан в рамках официальной операции прикрытия для "ориентирования" медицинских кругов, в первую очередь зарубежных, и в этом своем качества он полностью достиг цели. Поскольку документ готовился не для населения, а для медработников, в него были вписали лишь 17 человек с кожной формой болезнии (все они остались живы). Остальным 79 была приписана не легочная (ингаляционная), а кишечная форма болезни. Легочная форма "не была обнаружена". 64 человека считаются погибшими в результате эпидемии - все они входили во вторую часть списка. Данные этого перечня остаются канонизированными до наших дней - и по числу погибших, и по форме болезни. И позволяют военно-медицинскому генералитету не выходить за рамки первой (после модификации) версии: происхождение болезни - мясное, форма протекания - кишечная. То, что эта подмена удается до наших дней, не удивительно - в СССР/России все данные о заболеваемости сибирской язвой остаются секретными, начиная с эпидемии 1926 года в Ярославле.

Между тем, "сибирская язва", если она и существовала весной 1979 г. в Свердловске, должна была быть не кожной, а легочной. И возбудитель попадал к людям не через мясо (и кишечник), а по воздуху (через легкие). Причем это воздушное (аэрозольное) путешествие возбудитель проделывал в первые дни апреля, то есть задолго до того, как генерал П.Н.Бургасов распорядился сжигать конфискованное у жителей мясо в печах керамического завода (создав повод для обвинения "несгораемых" спор сибирской язвы в склонности к воздушным путешествиям). Диагноз "легочная форма сибирской язвы" появился в первые дни эпидемии. Его можно найти, например, в личных записях главного врача больницы N 24 г.Свердловска, которые случайно сохранились от массового изъятия (диагноз относился к Комельских А.А., умершему 13 апреля 1979 г.). Этот диагноз можно найти и в названии докторской диссертации 1995 г.

В прессе диагноз появился лишь в 1991-1992 гг., когда под напором фактов был полуофициально признан факт выброса в апреле 1979 г. облака возбудителя сибирской язвы из вентиляционной системы Свердловска-19. Имелось в виду, что там хранились будто бы малые количества возбудителя сибирской язвы, которые использовались будто бы исключительно в связи с проводившимися работами по созданию вакцины против этой болезни.

В этом сценарии за кадром осталась еще одна напасть, о которой не было информировано население. Вполне возможно, что, помимо бактерий сибирской язвы (нормальных или модифицированных), в окружающую среду Свердловска были вброшены также патогенные вирусы, например вирусы Марбурга или Эбола.

Гражданские эпидемиологи в горячке эпидемии могли этого не заметить - тотальное внутреннее кровотечение и скоротечная смерть характерны и для легочной формы сибирской язвы, и для геморрагической лихорадки, вызываемой вирусами Марбурга и Эбола (их инкубационный период доходит до 5-7 дней, что объясняет растяжку эпидемии на много дней). Ограничиться диагнозом сибирской язвы и не искать других причин было для тех дней вполне логично. Появление диагноза "сибирская язва" обычно приписывают патологоанатому 40-й городской больницы Ф.А. Абрамовой. При этом не упоминают, не был ли этот диагноз "подсказан" военными, которые скрывали реальное положение дел. Во всяком случае трудно понять, почему патологоанатом, познакомившийся с болезнью ближе всех, не рассмотрел, хотя бы в порядке гипотезы, других заболеваний, способных дать аналогичную картину.